Аутсайдер-арт Соприкоснувшись с таким экзотическим направлением искусства как аутсайдер-арт, и ознакомившись с историей его развития, пожалуй, наиболее удивительным оказалось то, что интерес к творчеству художников имеющих психиатрический опыт, вовсе не модное веяние современных тенденций. Выставка творчества аутсайдеров Ещё в 1812г. американец Б.Раш в работе «Душевнобольной», восторгался талантами, развивающимися при манифестации страдания. Далее рисунки больных в клинико-диагностических целях изучаются преимущественно А. Тардье, М. Симон, Ч. Ломброзо в XIX веке и Р.де Фурсаком и А.М. Фэем в начале XX в. В 1857г. шотландец В.Броуни работой «Искусство в безумии», в 1880г. итальянец Ч. Ломброзо трудом «Об искусстве помешанных» и в 1907г. их французский коллега П. Мондье (под псевдонимом М.Режа/M.Reja) трудом «Искусство сумасшедших» впервые столь высоко определяют статус исследуемого.

Подробнее…

Чудаковатость может находить свое выражение в определенной формальной новизне. Это может быть и игра слов, и причудливое размещение строк, рифмованных окончаний. Причем строка нередко состоит из одного слова. Сюда же можно отнести выраженную тенденцию к различным сокращениям, к выделению отдельных строк с помощью более крупного шрифта или раздельного написания букв и целых слов.
Чудаковатость проявляет себя нередко “ходульным” стилем, сочетающимся со своеобразным многословием, достигающим степени выделенного К. Ясперсом (1934) речевого натиска и являющимся, по его мнению, свидетельством процессов опустошения. Это ведет к созданию стихотворений, наполненных сменяющими друг друга, строками, которые можно продолжать до бесконечности или оборвать в любом месте без существенной разницы для восприятия.

По Мишутке деду
Я был в интендантах. -
Да здравствует Данте!
По деду Гавриле,
Как-будто я в силе -
Настоящий пролетар…
Кто упер мой портсигар…
С низким приветом
Приеду к вам летом.
Буду делом заниматься -
Целый день в реке купаться…
Подробнее…

Имеется ряд характерных черт стихотворчества больных шизофренией, тесно связанных с дефицитарной симптоматикой.
В их числе – признаки чудаковатости, являющиеся, по мнению J. Berze (1929), выражением “вторичного дефектирования”, которое заключается в появлении неожиданных мыслей, тенденций, установок. В стихах, написанных больными шизофренией в состоянии дефекта, эта чудаковатость обнаруживает себя в сопоставлении, казалось бы, несовместимых понятий, своеобразной трактовкой излагаемых событий, неоправданной и часто непонятной акцентуацией на второстепенных деталях, неожиданными выводами и т.п.

***
Смерть немецким оккупантам и советским спекулянтам!

Ипохондрии скажем: – зась!
Немного “Медгиз” прогрыз.
И прочей, там, гебефрении – сдавайсь!
Даем кататонии приз.
Параноид молчаливый, зачастую ступорозный…
Иногда сердечко ноет,
Злою болью говорит.
Все те формы я, брат, радо
Перенес бы без награды,
Но артериосклероз
Доведет меня до слез…

Книга постепенно будет выложена полностью. Спасибо за понимание.

Рисунки детей дошкольного возраста, больных шизофренией

ПРЕДИСЛОВИЕ

Изучение изобразительного творчества, прежде всего рисунков, психически больных представляет один из существенных вспомогательных методов исследования клиники психических болезней. В последние годы этому разделу психиатрии было посвящено несколько международных конференций. Во многих странах ведется систематическое изучение творчества психически больных, издаются специальные монографии.

В отечественной психиатрии проблеме изобразительного творчества психически больных также уделялось внимание. Опубликовано несколько оригинальных исследований (Г.А. Трошин, В.М. Бехтерев, В.А. Артемов, Н.Д. Рыбников и др.), имеются главы в руководствах психиатрии (В.А. Гиляровский). Но специальная монография на эту тему была издана лишь одна (П.И. Карпов, 1926).

Подробнее…

Итак, они били Глеба ногами. Молодой человек со свинчаткой на поясе едва удерживался от того, чтобы не изуродовать Глебу лицо. Всех это смешило; главный надсмотрщик раскраснелся и ни слова не мог вымолвить.

Допрос подходил к концу. Как всегда, все замерло. За высоким, забранным решеткой окном шуршали травы. На грязном кафельном полу мычал Глеб. На лице его играл солнечный заяц, к губе прилипла соломина. Тень глебова профиля составляла на полу диковинный свинцовый силуэт.
Подробнее…